РУССКИЙ ВЗГЛЯД 
НА МУЗЫКУ “GLOBAL”

“ ...Восстань, псалтирь и гусли!”
Библия. Псалом 107

• Андрей Котов

• фото Сергей Бабенко

Джазовые критики помнят Бориса Базурова как участника “концертов века” (по выражению Алексея Баташева) ансамблей АРСЕНАЛ и Дмитрия Покровского. В олимпийском 80-м году на сцене ДК “Москворечье” и в спортивной деревне на юго-западе Москвы в первом отечественном проекте “этно-фьюжн” звучали подлинные фольклорные песни древней Руси в аранжировке Алексея Козлова и импровизации Вячеслава Горского, Анатолия Куликова, Виталия Розенберга, Станислава Коростелева. Борис Базуров тогда солировал на синтезаторе в импровизации АРСЕНАЛА на тему индийской раги “Пуриакалиан”. Позже он стал известен любителям русского фолка как лидер групп КРУГ, РУСИЧИ, НАРОДНАЯ ОПЕРА. Рок-музыканты знают его как автора оперы “Казак Разин Степан”. В мире “world music” — как автора музыки к фильму А.Кончаловского “Курочка Ряба”. 
Обозначить стиль этого мультиинструменталиста, композитора и певца до последнего времени было невозможно, как, впрочем, и услышать его с эстрады. Редкие концерты, организованные журналом “Music Box” в концертном зале Чайковского и камерных клубах, не меняли положения.
Ситуация радикально изменилась с появлением интернета. На сайте www.mp3.com размещены почти полмиллиона артистов. Если представить это фирмой грамзаписи, то у них на контракте — полмиллиона исполнителей и коллективов. Собственный сайт Базурова пользуется космической популярностью: 2 миллиона посещений в день. В виртуальном (электронном) хитпараде Борис появлялся не так давно — и вот результаты на март’2000: Первые места в разделе “прекрестная классическая музыка” (crossover classic), “вокальный ансамбль”, “русская народная музыка”, “электронная классика” “средневековая музыка”, “современная классика”, “прогрессивный рок”; попадание в двадцатку в разделах “минимализм”, “экспериментальная музыка”, “нью эйдж”, “фолкрок”, “опера”, “симфоническая музыка” и “музыка для кино”. 2 виниловых пластинки, 7 компакт-дисков и 7 интерактивных компактов (CD-ROM) c детскими музыкальными сказками — вот что дал людям этот одаренный человек.
Выяснить кредо музыканта помог дирижер и руководитель ансамбля древнерусской музыки СИРИН Андрей Котов, взявший интервью, когда программе Бориса Базурова прозвучала концептуальная музыка на тексты Мессианских Псалмов царя Давида.

Борис, зная тебя почти двадцать лет, я, наверно, имею право задать первый вопрос сразу по существу. В последние четыре года в твоем творчестве идет глубокое соприкосновение с текстами Священного Писания из библейской книги “Псалтырь”. Мы все знаем, что в православной певческой традиции существует непреложный канон только живого человеческого пения. Даже авторская музыка русских композиторов для церковного хора не предполагает каких-либо музыкальных инструментов. Чем ты оправдываешь наличие на сцене наряду с древнерусским инструментарием синтезаторов и иных изысков техно-прогресса?
За годы обучения в Академии хорового искусства им. Свешникова и Музыкальной Академии им. Гнесиных мне действительно не раз приходилось сознавать, что исполнение хоровых концертов Бортнянского одним только детским хором, например, в кафедральном соборе III-го века в Эчмиадзине (древнейший храм на территории Армении) ничуть не уступает по силе своего воздействия концертной версии “Johannes Passion” или мессы H-moll И.С. Баха, предполагающих симфонический состав оркестра и двойной смешанный хор. А с пением греческих или русских монахов вообще нечего сравнивать, хотя может звучать просто унисон или иссон. Звуковой аскетизм служит эталоном музыкального служения для всех, кто практикует сценическую принадлежность к духовной музыке. И каждому дается по силе веры его.
Исполняя же свою музыку на тексты Ветхого Завета, я ни в коем случае не пытаюсь вторгнуться в сферу богослужебной традиции. Богу было угодно дать мне в руки брянскую лиру и в конце 70-х дать мне возможность одному из первых петь небезызвестный тебе апокриф. Может быть, потому что родители мои родом из этих мест, и отец еще ребенком видел поющих слепых лирников у церкви села Шаровичи. И не промысел ли в том, что в соседнем селе у его отца был аналог древнегородских гусель “Словища”, который местные жители называли “щука”. Так свидетельствует один полковник разведки, разговорившийся со мной после концерта. Много тайн хранит и новгородская псалтырь, любовно восстановленная В. Поветкиным, но не знавшим, ЧТО под нее петь. Все эти инструменты принадлежат к народной традиции исполнения духовных стихов, апокрифов и “псальмов”. А аппараты “Е-Mu” или “Ensoniq” — всего лишь знак времени. И не более.
В музыкальном сопровождении твоих псалмов, однако, удельный вес звучаний, напрямую ассоциирующихся с жанром “world”, на мой взгляд, слишком завышен. Создается сильное ощущение связи с мирской направленностью использования текстов Писания, тяготение к излишнему “экологизму” музыки. 
Не нужно забывать, что музыка псалмов во все времена была наполовину мирской. Весьма распространены упоминания этого молитвенного и одновременно музыкально-стихотворного жанра в городском и сельском фольклоре, в среде древнейшего музыкального цеха паломников, “калик-перехожих”, описанных еще в Уставе равнонапольного князя Владимира как “младших” среди людей церковных. Не будем же мы сегодня обвинять в ереси Симеона Полоцкого за его “Псалтырь стихотворную” или В.П.Титова за то, что он положил этот памятник русской словесности на музыку. Эти опыты в свое время не приветствовались церковью, но дали огромный всплеск интереса современников к церковной классике, на которой выросли столпы русской литературы и музыки. Что касается “экологии души”, то позволю себе цитату все того же С.Полоцкого: 
“Миряне, песни мира оставляйте,
Вместо них псалмы Богу воспевайте.
Пение псалмов есть избранно Богу,
Душ наших скверну омывает многу...”
Но нельзя забывать, что и боговдохновенные Псалмы Давида, достигшие высшей степени радости и сокрушения в писании, предначертавшие образ будущего Мессии и освященные божествееным словом Нового Завета, привнесены в мир из Церкви. Это, прежде всего, молитвенные церковные тексты.
Несомненно, исполнитель, а тем более сочинитель, прикасаясь к духовным текстам, должен получить благословение церкви на этот более чем ответственный шаг.
Переводя разговор из теологической плоскости в область музыкальной аутентики, хочу посоветовать не увлекаться авторскими изысканиями использования мелодических идей, присущих другим религиям.
Это очень тонкая грань. В древности на Востоке пели и играли практически на одних и тех же инструментах. Ориентализм моих произведений — дань традиции русского композиторского увлечения Востоком вообще. Ближний он или Дальний, для русского человека он имеет совершенно определенные лейт-тембры. И сегодня, пожалуй, не столь важно, какая флейта звучит — бансури или най, кавал или шакутачи. Важно, чтобы рядовой и неподготовленный слушатель понял этот “голос” — тембр самой души Востока-колыбели, в том числе — и православного христианства. Во Москве, византийском Константинополе, былинном Царь-Граде в первые века нашей эры можно было встретить все типы и стили восточной музыки — церковной и мирской. А в эпоху императора Юстиниана были первые контакты со славянами, тогда уже имевшими при себе “арфы”. Это не что иное, как псалтири, которые потом назвали также “гуслями” и “плесканицами”.
В текстах Псалмов, в их переводах на разные языки можно встретить и разные названия инструментов, восточных и западных, на которых предписывалось сопровождение пению Псалмов в их первозданном виде. На многочисленных книжные изображениях и миниатюрах средневековой Европы царь Давид виден с разными инструментами и в окружении музыкантов. Это один из традиционных сюжетов иллюстраций к изданиям Псалтири и Библии, в том числе, и в Древней Руси.
Одной из причин гнева и неприятия отцами и святителями церкви мирских музыкальных инструментов были народные гульбища языческого происхождения, сопровождаемые целыми оркестрами шпильманов, майстерзингеров и скоморохов. Понятно, что эти музыканты исполняли песни не духовного содержания. В средние века на окраинах городов часто пылали костры с “предками” инструментария Баха и Моцарта, которые могли быть и на вышеописанных изображениях.
Некоторые современные исполнители и коллективы поступают так же, но с точностью до “наоборот”, беря в свой репертуар духовные музыкальные сочинения исключительно для коммерческого, “экспортного” потребления. Они не ведают, что творят, ведь на фоне расцерковленности современного общества это выглядит вполне благопристойно. И еще вопрос: почему ты исповедуешь инструментальный крен даже в своих а-капелльных псалмах, используя не живой вокальный ансамбль, а дающий техногенный звуковой колорит вокодер?
Ответ прост. Для создания спетого вокального ансамбля не только духовной музыки нужны годы и десятилетия. Для создания полноценного звучания СИРИНА тебе понадобилось почти десять лет, а мне довелось заниматься преимущественно с фолк-исполнителями. Дипломный проект, с которым я закончил Гнесинскую Академию в 1981 году назывался “Система “вокодер”, как средство обучения дирижера-хоровика”. Эти приборы дают оперативность и очень дисциплинируют вокально — для пения полифонических фактур нужен определенный навык. Псалмы же, исполненные с помощью этой системы, это модели того звучания, которое я бы хотел получить от хорового ансамбля. Работа с собственными коллективами на долгие годы отбила охоту заставлять петь свою музыку других: не хочется новых “пролетарских” революций внутри ансамблей, а быть жестким и подчас жестоким не получается. Вот если бы СИРИН попробовал бы разучить некоторые партитуры...
Есть предмет для обсуждения. У меня и моих коллег нет претензий к стилистике твоих псалмов, где слышны не только раннеправославные элементы, но и отголоски византийских и грузинских песнопений. Однако же хотелось пожелать внимательней относиться к донесению до слушателя Слова Божия — ведь это главное. Одно же из непременных условий исполнения псалмов — неукоснительное следование православному образу мыслей и действий.
Каждый человек, не только музыкант, или православный музыкант должен осознавать свою ответственность за то, что он делает в жизни и на сцене. А псалом — это музыкальный мост между текущей жизнью и вечностью. Именно в этих песнопениях 2000 лет назад предвосхищался приход в мир Спасителя, Иисуса Христа. Поэтому мне доставляет истинную радость написание музыки на старославянские тексты именно мессианских псалмов. И, конечно, исполнение их в этническом распеве, немного напоминающем приемы донского казачьего пения. Да поверят нам читатели — нет большего счастья для музыканта иметь в устах своих Слово Божие.


Редакция планирует посвятить этому выдающемуся творцу несколько страниц нашего издания в будущем. Слушайте Бориса по адресу: www.mp3.com/BORISBAZUROV. Желающие рассказать читателям о мультимедиийной музыке и о музыке в интернете, могут обращаться в редакцию. Главное — знать тему: инструмент-компьютер-сеть и не бояться музыки всех жанров. Это станет хорошим продолжением наших статей в ноябре.