ПАНКИ ДЖИТТЕРБАГА

CОБИРАЮТ БИГ-БЭНДЫ
Пять десятилетий музыки пришло и ушло после расцвета свинга в 40-х годах. Но теперь он возвращается по-крупному. Всплеск свинга начался несколько лет назад в Сан-Франциско и Лос-Анджелесе как мода и танцевальные тенденции, но свинг давно подбирался к музыкальному мэйнстриму с успехом таких ансамблей как СКУИРРЕЛ НАТ ЗИППЕРЗ и БИГ БЭД ВУДУ ДЭДДИ.
Эра неосвинга сегодня — запутанный гибрид. В журнале ”Свинг! Новый ретро-ренессанс" говорится, что всплеск свинга “охватывает всю корневую американскую музыку 20 века, под которую можно танцевать с партнером, включая (но не ограничиваясь) рокабилли, хиллбилли, джаз, хот-джаз, вестерн свинг, и пр”.
Однако увидев группы типа ЧЕРРИ ПОППИН ДЭДДИЗ, облаченные в старые зут-костюмы и гонящие риффы на старых толстых джазовых гитарах, не удивляйтесь, услышав толику рока и ска замешанных в микс. Сегодняшний свинг вновь оглядывается на мартини, сигары, шляпы, и пластинки на 78 оборотов в минуту, но не игнорирует прыжки и отскоки, сделанные музыкой за пол-века, прошедшие с рождения свинга. Добро пожаловать в эпоху постмодернового свинга.

ВОСЕМЬ С ПОЛОВИНОЙ СУВЕНИРОВ
“Мы попали на свинговую сцены вроде бы случайно,— говорит Оливье Жиро (Olivier Giraud), гитарист и вокалист базирующегося в Остине квинтета 8 1/2 SOUVENIRS.— Мы не намеревались стать свинг-ансамблем, но оттого, что мы играем на акустических инструментах и имеем в репертуаре некоторые песни эры свинга, люди имеют тенденцию думать о нас так”.
Непреодолимо свингующий бит группы, видно, также имеет к этому отношение. Взяв многое из ритмов раннего американского свинга и джаза, СУВЕНИРЫ имеют еще и европейский привкус. Например, они перепевают песни французского попсовика 60-х Сержа Генсбура (Serge Gainsbourg), а их собственные песни иногда сильно напоминают киномузыку Нино Рота (Nino Rota) для режиссера Федерико Феллини. Собственно, фильм Феллини “8 1/2” вдохновил половину их названия. Вторая половина — СУВЕНИРЫ — название композиции Джанго Рейнхардта (Django Reinhardt).
Впрочем, ансабль заимствует от Рейнхардта больше, чем только название песни. Французский цыган-виртуоз — кумир Жиро. “В определенный момент в своем развитии как гитариста,— говорит он,— меня очаровала игра Джанго. Помню, как я впервые услышал его и не мог поверить, что гитару можно завести так далеко”. Жиро пробовал изучать некоторые соло Рейнхардта, но они были невозможно трудны по сравнению с рокабилли-музыкой, которую он играл. “В то время я был своего рода специалистом по [элвисовскому гитаристу] Скотти Муру (Scotty Moore),— говорит он.— Я играл все его соло дословно. Но попытки играть как Джангo были мучительны”.
Вместо “снимания” соло Рейнхардта нота в ноту, Жиро попробовал менее аналитический — и менее болезненный — подход. “Я выучил его соло в “Минорном свинге” (Minor Swing) и изучал пассажи в некоторых песнях: было любопытно посмотреть, что же происходит. Джангo играл некоторые вещи — типа быстрых арпеджионных пробежек или скорострельных аккордовых замен — которые проскакивают столь быстро, что слышен, скорее, эффект, чем сами ноты. Это совершенно ослепляет: что же он на самом деле делает. Надо замедлять запись или крутить ее по многу раз, чтобы понять основу механизма пассажа. Наконец я понял, что надо положить гитару и просто слушать: пусть его музыка в меня осядет. Его вдохновение проявится в моей игре позже, но уже по-моему”.
Выбор гитар Жиро напоминает о Рейнхардте, как и акустика “Favino”. сделанная в стиле гитар “Selmer”, на которых играл Рейнхардт. Чтобы усилить акустику выше шума его ансамбля из 5 человек, Жиро использует звучки “DeArmond”. “Я люблю “Деармонд”: они довольно теплые,— говорит он.— Звук все равно выходит несколько резкий, потому что мой набор — однокатушечный звукосниматель (single-coil) на акустической гитаре, включенный в маленький ламповый комб. Сырее уж некуда”.
Любимый комбик Жиро —”Epiphone Electar” 1946 года: “Это маленький 1x12 комб — красивый вид и великолепные звуки. На гастролях я использую “Peavey Сlassic 30”. Можно таскать повсюду и долбить его, и он никогда не ломается. И он хорошо смотрится на сцене — как старый твидовый “Фендер”. У комба довольно мощи, и искажает он как раз в нужной степени. Мне нравится этот “закус”.
В студии Жиро редко использует микрофоны, чтобы запечатлеть естественный звук его акустики: “Я никогда не выступаю акустически с ансамблем, и неохотно делаюь юто на пластинках. Если наши фэны услышат акустику на пластинке, они захотят слышать ее и живъем. Лучше дать им то, чего они ожидают. Но я люблю играть акустически. При любом шансе я сыграю в акустике с другими людьми. Это — мой любимый способ играть: особенно с моим “Фэвино”. В этой гитаре столько тепла и столько характера. Вот мой звук”.

БОЛЬШОЙ СТРАШНЫЙ ВУДУ-ПАПА
“В июле’97 наша пластинка стала “золотой”,— с гордостью говорит гитарист БИГ БЭД ВУДУ ДЭДДИ Скотти Моррис.— Тогда мы играли в “Хэтч-Шелл”.— огромное открытое место в Бостоне — и народу пришло 30 тысяч! Клево, что был группы людей просто кайфовавших, и дети возле сцены веселились moshing..... и прыгали в толпу, и потом были большие группы танцевавших свинг. Так много людей, свингующих под нашу музыку. Вот это да!”
Как ни дико, похоже, это — направление, куда движется свинговый бзик. Движение, возможно, началось с нескольких упертых ретрофилов, пижонящих в старых костюмах, водящих классические “бьюики” и слушающих пластинки Луи Джордана. Но за последние год-два популярность свинга стала огромной. И много музыкантов прыгают в уходящий поезд. В отличие от этих попрыгунчиков, Моррис был свингером всю жизнь: “Я вырос, слушая эту музыку,— говорит он.— И всегда знал: это то, чем я хочу заниматься”.
Моррис начал как трубач и говорит, что дудка — до сих пор тот звук, что он слышит, думая о горячем свинговом соло. “Сколько я играю на гитаре,— говорит он,— но до сих пор не могу сыграть боповые партии, потому что в голове я слышу джазовые партии на трубе — не на гитаре”. Свинговый ритм, однако, совсем другое дело. “Когда я представляю действительно классный драйв среднего темпа, первая вещь, что приходит на ум — Фредди Грин (Freddie Green), играющий “шумп-шумп-шумп-шумп” в ритм-секции Каунта Бейси”,— говорит он.
Интересно, что электрический стиль ритм-гитары Морриса — гибрид свинга, рокабилли и блюза — слабо напоминает лаконичную акустическую игру Грина. “О, абсолютно,— соглашается Моррис.— Его стиль не вписывается в мое видение того, что я делаю в ансамбле. Я вижу себя развивающимся в исполнителя подобно ему, но прямо сейчас я не там. К тому же, играть такого плана драйв — намного тяжелее, чем кажется у Грина. И я слишком уважаю эту музыку, чтобы играть что-то хреново (shoddily....). Я действительно пробую остаться в пределах cвоих возможностей, как гитариста”.
Главная ритм-палка Морриса — “Гибсон” модель “ES-125” 1952 года, и он использует два фендеровских комба поздних моделей — “Vibroverb” и “Vibro King”. “Виброверб”,— говорит он,— действительно звук для меня. Но ВУДУ ПАПА — состав из 8 человек, и комбу не вполне хватает, того, что он имеет, чтобы прорезаться на сцене. К счастью, “Виброкинг” имеет подобный тон, на 20 ватт громче, и имеет динамики 3х10”, в отличие от двух у “Виброверба”.
Хорошо зная, что требуется не только ватты, чтобы сделать присутствие заметным, Моррис также крутит эквалайзер комба, держа в памяти фактор прорезаемости. “Я должен подчеркнуть частоты верхней середины, чтобы меня слышали. С четырьмя духовиками много середины, поэтому я должен работать со звуком от этого”.
Один из секретов в соревновании с дудками состоит в том, что не надо конкурировать с дудками. Поскольку Моррис задумывает духовые аранжировки самостоятельно, он знает, когда они играют и что они играют. С таким знанием он выстраивает партии гитары вокруг дудок.
Звук Мориса на диске ПАПЫ “Big Bad Voodoo Daddy” и респектабельный и клёвый, но он говорит, что немного разочарован: “На “Jump With My Baby” я стремился к звуку Ти Боун Бернетта”. Я использовал старый “Champion”, ручки на всю. Я не совсем рад полученному результату — звук где-то несколько стеклянный. И на всей пластинке я сделал ошибку, пытаясь близким размещение микрофона получить звук комнаты. Это невозможно. Ансамбль вновь был в студии несколько раз, с тех пор как мы сделали ту пластинку, и теперь я лучше ухватил то, как получить нужный тембр. Я жду, что на следующей пластинке гитары будет несколько больше”.
Очевидно, что Моррис принимает создание пластинки всерьез, но он быстро поправляет, что в конце-то концов живет он ради живых выступлений. “Вот где мы действительно рискуем и оттягиваемся. Это в 100 раз более захватывающе”.
Ансамбль обязан давать поклонникам хорошие концерты, но они также имеют долг перед звездой блюза Албертом Коллинзом (Albert Collins). поскольку одно из его звездных выступлений вдохновило большое название группы. “Я — большой поклонник Коллинза,— вспоминает Моррис.— И однажды я видел его концерт: пришлось пробраться с удостоверением старшего брата. Он разнес всю точку в пух и прах. Он был такой великий шоумен. У него был длинный кабель: он мог идти в толпу и стоять на столах. У него весь зал все время стоял на ногах. После концерта я попросил у него автограф, и он написал: “Для Скотти — большого страшного вуду-папы”. Я сразу подумал: это отличное имя для группы, и оно далось мне в такой особый вечер. Как будто Альберт давал мне билет на прогулку. Я очень суеверен, и когда случаются такого плана вещи, я слушаю свое нутро”.

Свингеры-aсы
“Tи Боун Уокер (T-Bone Walker), Чарли Крисчен (Charlie Christiаn), и Фредди Грин (Freddie Green) — королевский двор,— утверждает Моррис.— “Tи Боун наиболее доступен, потому что он настолько с блюзовой основой, и Чарли играл такие невероятные партии. Он уже залезал почти в би-боп, прежде чем бибоп начал появляться. Фредди Грин, игравший в оркестре Бейси, строго ритм-игрок, но его драйв настолько глубок, что, когда меня спрашивают определение свинга, я говорю: “Это — свинг”.

КОЗИНАКИ
Несмотря на прорыв в мэйнстрим неосвинга со своим хитом 1997 года “Hell”, SQUIRREL NUT ZIPPERS не считают себя частью нового увлечения свингом. Музыка септета СКУИРРЕЛ НАТ ЗИППЕРЗ, коренящаяся в горячем джазе 20-30-х, действительно указывает на свинг, но много также заимствует из калипсо, клезмер (klezmer), коктейльной музыки и блуграсса. Гитарист/саксофонист/кларнетист ансамбля Кен Мошер (Кen Mosher) говорит, что разностилевой дух группы вдохновили — довольно странно — БИТЛЗ.
“Я, вероятно, больше под влиянием Джорджа Харрисона, чем Чарли Крисчена,— признает он.— До этого коллектива — если говорить о том, что я слушал — БИТЛЗ были примерно так же далеко в прошлом. Порою мы под их влиянием настолько же, сколько и под воздействием более ранней музыки. Не то чтобы более роковый аспект БИТЛЗ — я думаю об более дурацких песнях периода “Белого альбома”. Они отлично сплавляли стили способами, не всегда традиционными. Мы пробуем делать ту же самую вещь”.`
ВИШНЕРВУЩИЕ ПАПЫ
Когда CHERRY POPPIN' DADDIES   сформировались в 1989 году — как своего рода протест против металлических групп и гитарных соло “видли-видли”— фронтмен Стив Перри вдохновился идеей соединить несоизмеримые элементы свинга 40-х и современного рока. “Была мысль соединить энергию панкрока, ритмическое ощущение свинга, и текстовую осмысленност периода модов в объединенное звучание,— говорит он.— Действительно на их концертах и на альбоме, свинг и рок идут вместе.
“Вся наша байда это типа все соединть, мелодии свинга, скa, и более экспериментальной поп,— говорит гитарист ЧЕРРИ ПОППИН ДЭДДИЗ Джейсон Мосс.— И альбом будет даже более эклектичным. На одной песне “God Is a Spider” (Бог — это паук) я играю почти с металлическим чувством. Однако мы все равно с дудками и клавишами. И альбом будет строится вокруг свинговых тем, включая вестерн-свинговый номер и вещь типа буги-вуги”.
Чтобы охватить различные стили на сцене, Мох чередует полуакустику “Epiphone Broadway” (через Фендер “Басмэн” 1959) с “Epiphone Les Paul” (через голову “Mesa/Boogie Dual Rectifier” с кабинетом “Marshall” 4x12). “Для пассажей и соло, которые действительно должны торчать,— говорит он,— я использую ибанизовский “Tube Screamer”. A/B коробка позволяет ему переключаться туда-сюда между джазовым и роковым тонами.
Изредка цвета рока и свинга переплетаются, так что ПАПАМ надо быть осторожными, чтобы избежать большого бардака от смеси. Если просто поместить, хевиметал-гитару на свинговый бит,— говорит Перри,— это прозвучит ни к селу ни к городу. Нужно делать ее агрессивной, но не так очевидно. В свинге, определенно надо иметь это аккорда продвижение чомп-чомп- чомп. Когда на гитаре есть искажение, это типа все портит, ведь звук становится слишком грязным. Необходимо также выбирать места, где играть. У нас несколько песен, где вся группа останавливается, гитара высовывается на секунду, и затем снова падает в миксе. В этом — все чувство свинга: вы протыкаете отверстия в аранжировке ансамбля, чтобы гитар прорезалась”.
 

РЕВЮ

КОРОЛЕВСКОЙ

КОРОНЫ

 
Одна из первых групп свинг-возрождения РЕВЮ КОРОЛЕВСКОЙ КОРОНЫ не имела сцену, куда присоединяются, когда сформировалась в 1989 году. “Самой близкой к нам вещью, были рокабилльные и ска-группы,— говорит гитарист Джеймс Эйкор (James Achor).— Мы были вынуждены играть любые концерты, какие только могли найти”. Ребята кончили тем, что разогревали КИСС, Нила Даймонда, ФОГХЭТ и НАЙТ РЭЙНДЖЕР. “Мы увязли в хевиметаллических афишах,— вспоминает Эйкор,— другого место для нас просто не было”. Твердость ансамбля в конечном счете принесло им признание в шоубизнесе благодаря появлению в фильме The “Mask” (Маска), где актеры Джим Кэрри и Кэмерон Диаз вертелись под ритм духовых взрывов и ударов том-томов в мамбо “Hey Pachuco!” Так много работая, чтобы появиться на карте, РОЯЛ КРАУН РЕВЮ неумышленно уложили желтую кирпичную дорогу для следования других нео-свингеров. “Некоторые группы, появившиеся теперь — это люди, которых я прежде видел у нас зрителях. Теперь они сформировали свои собственные составы,— говорит Эйкор.— Они учились свинговать, глядя на нас, вместо того, чтобы пойти к источнику и послушать все в их стиле. Это — бастардизация бастардизации. Как дети, которые учатся рисовать, глядя в книжки комиксов вместо нормальных занятий анатомией. Все заканчивается рисунком парня, который смотрится типа клёво... только у него 46 ребер на одной стороне и 12 на другой”.
В гитарной игре Эйкора есть аспекты, которые вписываются в традиционный свинговый замес, например его подход к ритм-гитаре: “Я пробую к играть компингом как пианист, с быстрой атакой и множеством проходящих аккордов. В роке Вы укладываешь этот мощный аккорд — и всё. Но в джазе есть миллионы аккордовых замен. Хитрость в том, что надо играть легко и не мешать другим музыкантам. И Вы должны укладывать нечто фундаментальное чтобы слушатель был способен понять, что происходит. И притом это оставалось бы интересно для ребят в группе”.
Эйкоровская эстетика старой школы переносится в его студийный подход. Главным образом, он избегает студийных хитростей: “Я просто пробую получить звук и моих рук, гитары, шнура и усилителя. Все, что вы добавляете между пунктом А и пунктом B, отвлекает от звука”.
Его позиция пуриста, тем не менее, имеет свои пределы, и он не чурается эффектов, когда песня требует этого. На “Walkin Like Brando” (с альбома “Contender”) старый “Kraftsman” Эйкора плавает в пружинном ревере и ленточном эхо, и он работает рычагом “Бигсби”, чтобы создать, как он говорит, “странный водяной эффект”. И на самой песне “Contender” он дублирует свои гитарные партии — снова двигая “Бигсби”, чтобы создать естественный эффект хоруса: “Когда Вы удваиваете партию, используя качалку, натяг выйдет чуть по-другому, каждый раз вы играете. Когда вы слышите эти две дорожки вместе, гитара звучит с огромным объемом из-за того, что взаимодействуют разные обертона”.
Живъем, Эйкор использует горстку эффектов — тремоло “Dunlop”, аналоговый дилэй “Ibanez”, и овердрайв “Drive-0-Matic” фирмы “Stamps Amplification” дабы раскрасить основной тон. В своем педальном ящике он держит фазовращатель, флэнджер и квакушку только для шоу. “Чтобы ошеломить народ,”— смеется он.

Стив Лаки и РУМБОВЫЕ БОМЖИ

Каждый вечер толпа посвященных линди-хопперов набивает танцпол “Дерби” в Лос-Анджелесе. Клуб — с подлинной обстановкой 40-х и бурлящий атмосферой эры свинга — заказывает живую свинг-музыку семь дней в неделю. Среды в “Дерби” принадлежат Стиву Лаки и РУМБОВЫМ БОМЖАМ при участии мисс Кармен Гетит.
“Я люблю играть для танцоров,— говорит Гетит,— очень здорово, когда танцоры взаимодействуют с музыкой: например, когда кто-то играет особенно горячее соло, и люди на полу реагируют”. Гетит — сама довольно серьезная танцовщица и преподавала танец, прежде чем попала в Steve Lucky&THE RHUMBA BUMS: “До профессиональной музыки я, бывало, все время ходила танцевать, и уходила, глядя. как уходят музыканты. Я всегда любила быть совсем рядом с группой, ведь я хотела чувствовать их энергию”. Теперь она сама вырабатывает энергию и позволяет своим пальцам танцевать фокстрот.
Хочешь удержать людей на танц-полу — здесь все сводится к ритму, и ритмический стиль гитары Гетит сильный и устойчивый, хотя несколько недосказанный. Фортепиано лидера Стива Лаки — в фокусе ансамбля, и твердая ритм-секция БОМЖЕЙ занимается битом, и Гетит склонна делать свои ритм-партии сжатыми и содержательными.
Прежде всего самоучка, Гетит развивала свои ритм-сбивки, играя под пластинки свинга, блюза и ритм-н-блюза. Чтобы расширить аккордовый словарь она брала частные уроки у Джорджа Бедарда (George Bedard) — местной легенды в ее родном городе Энн Арбор в штате Мичиган. Но Гетит говорит, что, на самом деле обучаться помогли старые книги по джаз-гитаре Микки Бейкера: “Я выучила большинство тех аккордов, что я знаю, из тех книг. Я не обязательно играю прогрессии точно так, как в книгах, но я нахожу в них много идей по голосоведению и заменам”. Тогда как ритм-работа Гетит не сильно напряженная — что в свинговых кругах как раз в кассу — ее соло едва отходят от грубых. Для образца, проверьте перепевку Tи Боун Уокера "Bye Bye Baby” на их дебютном диске “Come Out Swingin!” На той теме Гетит выкручивает злой, мясистый стон из одолженного “Гибсона 330”, завершая её верными по форме двойными остановки в конце. “Вначале я была под большим влиянием Tи Боун”,— подтверждает она. Подобно Уокеру Гетит часто обосновывает свои соло и аккордовые формы: “Друг показал мне, как гитаристы подобно Чарли Крисчену и Оскару Муру часто солировали, скорее, вокруг форм аккорда типа доминант-9, чем думали о гаммах”.
На большей части пластинки “Come Out Swingin!” Гетит играла на любимом “Гибсоне ES-175D” 1956 года: “Я экспериментировала со струнами. Ныне мои толщины: . 012, . 015, . 018, . 028, . 038, . 048, (lG). Я раньше играла на более толстых струнах, но не заметила такой уж большой разницы по звуку. А с жесткими струнами мне тяжелее добавлять украшения и делать бенды. Наконец я сказала: “На фиг это”, решила забросить жесткие струны и попробовать получить нужный мне звук просто другими способами”. Для этого она задирает громкость на комбе в некоторых песнях и использует гитарные ручки, чтобы подобрать различные тембры.
“Вот одна причина, по которой я перешла к более легким басовым струнам,— продолжает она.— У меня получалось много бухающего, неконкретного низа в звуке. Если я просто опускала бас на комбе, это слишком суживало звук. Но я недавно заменила 2 из 4 динамиков в моем черном “Фендере Супер Реверб”. Родные динамики, видимо, были довольно сильно изношены, потому что с новыми проблема “бума” ушла”.
Получить большой гитарный звук живъем — это вызов. За место под звуком с Гетит борются два ансамлевых сакса, пианист Лаки, усиленный акустический басист и барабанщик: “Становится все громче. Я, обыкновенно, брала меньший комб, “Ampeg Reverb-0-Rocket” и на некоторых сценах его просто не слышала. Я не хотела давать гитару в мониторы, потому что через них уже и так много идет. Именно поэтому я взяла себе “Супер”.
“Часть проблемы в том,— стонет Гетит,— что большинство клубов просто не знает, как иметь дело со свинг-группами.— Многие штатные звукорежи не понимают, что наше звучание построено вокруг фортепианной игры Стива. Они всегда хотят задрать мою гитару и барабаны слишком сильно. Для рока это отлично. Но свинг — нечто другое. Даже при том, что мы опираемся на усиление, свинг — более тонкая вещь, чем рок”.

Если Вы хотите узнать больше о группах — нынешних и прежних — а также о многом другом, найдите “Свинг! Новый Ретро Ренессанс”. [V/Search]

РОКАБИЛЛИСВИНГ/mainpage